24 янв/ 2019

Зиждитель Избранное

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

korablik

Лучший друг нам в жизни сей Вера в провиденье; Благ зиждителя закон: Здесь несчастье – лживый сон, Счастье - пробужденье.

Василий Жуковский (Светлана)

Остывшее за ночь солнце чуть тронуло краешек неба, и на серой в предутреннем свете снежной пелене, будто на опущенной в проявитель чёрно-белой фотографии, проступили контуры окружающего трассу ландшафта. Ложбинка кювета,

придорожный кустик, зигзаг оврага, тёмная полоска рощи вдали. Автобус нырнул в лощину – и тут же небо и степь слились, всё растворилось в неясном сумраке. Остались среди неоглядной степи лишь ровная, будто проведённая рейсфедером по листу ватмана трасса, вереница пьяных телеграфных столбов на обочине и одинокий междугородний «Икарус» на дороге без начала и конца.

Предрассветное время. Зыбкое и обманчивое...

- Хотите, угадаю, как вас зовут? – попытался завязать разговор с отвернувшейся к окну девушкой молодой пассажир с открытым лицом и грустинкой во взгляде.

Помедлив мгновение, девушка переборола нежелание разговаривать с незнакомцем и, стараясь быть вежливой, вполоборота развернулась к попутчику.

- Зовут Мариной. Студентка. Еду домой, к маме, на каникулы. Я всё сказала, или ещё вопросы будут?

«С характером, - про себя улыбнулся парень. – Вон как взглядом из-под капюшона хлестнула».

- Рад с вами познакомиться. Не люблю путешествовать автобусом. Поездом, на мой взгляд, комфортнее: можно побродить, людей понаблюдать… А здесь приковали к креслу, и смотри в затылок впередисидящего пассажира. А ещё лучше – пешочком... Пешочком, - повторил он с наслаждением. - Не думая о том, куда и зачем, налегке с посошком… Наглотаться пыли просёлков… Посидеть по-над речкой, сказать: "Здравствуй!" рассвету, поразмышлять о вечном… Жаль, что времени на своё затаённое никак не выкроить.

Марина посмотрела на него внимательно, убедилась, что попутчик над ней не потешается и, немного подумав, откликнулась:

- Вы молодой, а говорите, как мой дедушка…

- Я хорошо сохранился, - пожал плечами парень.

- И кто же вы по профессии, если даже на своё затаённое времени не можете выкроить: посидеть по-над речкою, побродить с посошком?..

- Я – верист... или сочинитель, чтобы вам было понятнее. Вот такая, знаете ли, служба, скорее даже служение.

- Тогда вам надо не по-над речкую посиживать, а к людям идти, - хмыкнула девушка. - Быть в гуще жизни, гореть, так сказать, чтобы потом на острие пера нести… Или как будет правильно: сеять?

- Да-да, конечно, гореть, нести и сеять, - согласился странный попутчик. - Нести и сеять… - повторил он с расстановкой, помолчал и закончил так же серьёзно: но даже нашему брату, сочинителю, а может быть, сочинителю особенно, иногда хочется побыть одному.

Марина почувствовала, что краснеет.

- А как ваша фамилия? Я знаю многих современных писателей, - как можно мягче спросила она.

- Вряд ли вы когда-нибудь слышали моё настоящее имя. Скорее, один из моих псевдонимов.

«Не хочет называть себя и не надо! Любят эти писатели поиграть в загадочность», - теперь уже окончательно надулась Марина.

Парень разговор не продолжил: то ли задумался, то ли задремал. Марина отвернулась к окну. Тяжёлый «Икарус» плавно катил своё набитое пассажирами многотонное чрево по шоссе. Двигатель урчал на одной ноте. За окном – всё та же серая беспросветная картина.

Волгоград встретил пассажиров хмурым ненастным утром, мокрым снегом и пронзительным ветром. Молодые люди оказались на стоянке такси вместе.

- Вы здешний? - сдула с верхней губы снежинку Марина. Неловко как-то стоять бок о бок пусть даже со случайным знакомым и молчать.

- Нет, проездом, – односложно ответил парень, явно не желая откровенничать. А Марина и не настаивала: «Ну и пусть! Очень надо! Подумаешь, верист, блин! Хм, не поинтересовался даже, замужем я или нет. И телефончик не просит?..»

Таксомоторы подруливали к стоянке, очередь таяла. Вот разместилась в разрисованном шашечками «форде» стоящая перед молодыми людьми пожилая старомодная пара. Тормознула старенькая «Волга».

Спутник Марины вдруг бесцеремонно взял девушку под ручку, да так крепко, что не вырвешься.

- Пожалуйста, - без улыбки предложил он стоящему за ними в очереди похмельному мужчине, похожему на командировочного бухгалтера, в старой, потерявшей форму пыжиковой шапке и кожаным растянутым портфелем в руках.

- Так давайте вместе, - засиял командировочный. - Вам куда, в центр?

- Нет-нет! Мы поедем за город, - не обращая внимания на пытавшуюся освободиться из железного захвата растерявшуюся девушку, ответил парень. Черты его лица заострились, брови сошлись к переносице, глаза сощурились.

Пассажир, довольно сопя, уселся в машину. Два раза хлопнула не желающая закрываться дверца отечественного авто. «Волга» отъехала, обдав молодых людей сизым удушливым выхлопом.

Молодой человек сразу же отпустил уже собравшуюся звать на помощь девушку. Виновато улыбнулся и сразу же стал прежним, симпатичным.

- Не люблю я «Волги», тормоза у них неважные…

Лихо подрулил новенький «фольксваген». Таксисты встречали каждый прибывавший автобус.

- До свидания, Марина. У меня тут ещё кое-какие дела… Приятно было с вами познакомиться, - молодой человек смотрел грустно.

Усаживаясь в машину, девушка не могла видеть столкновение давешней «Волги» с гружёным щебнем КамАЗом. Зато парень, рассеянно махая рукой повернувшему за угол «фольксвагену» с тоской наблюдал всю картину ДТП: и как выскочил «под красный» на перекрёстке грузовик, и как неуклюжая «Волга», не слушаясь тормозов, таранила его заднее колесо, и как в мгновение ока огонь охватил изуродованное такси…

Парень резко поднял воротник пальто и, поморщившись от просыпавшегося на шею снега, быстро зашагал по заметаемому позёмкой тротуару на выход из города.

«Верист... Сочинитель... Зиждитель... Казалось бы, сюжет продумываю до мельчайших подробностей, а набело никак не получается. Любовь, так обязательно несчастная; если деньги «свалились с неба», герой непременно теряет свои лучшие качества... Нарисовал чудо-девушку, едва под КамАЗ не попала. А начнёшь редактировать - в остатке похмельный командировочный бухгалтер, красноносый, потный, мутноглазый. Ткнёшь в сердцах «Delete», а потом страдаешь: жалко бухгалтера. Вспоминаешь, как ребёнком тот мечтал обогнуть земной шарик на свёрнутом папой газетном кораблике. Какой же из псевдонимов подошёл бы ко мне сегодня: Божий промысел, Рок, Фатум?..»

Широкоплечая ладная фигура по мере удаления от города уменьшалась и будто бы съёживалась. Плечи опустились, спина ссутулилась, походка стала усталой, шаркающей, стариковской. А вскоре его неясный силуэт совсем растворился в голубовато-серой беспредельности наступившего нового дня.

© Copyright: Михаил Соболев, 2012

Прочитано 3340 раз Последнее изменение 24 янв/ 2019
Михаил Соболев

1950 года рождения, проживаю в Санкт-Петербурге, работаю слесарем в троллейбусном парке. Писать начал недавно, с начала 2010 года.

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
Другие материалы в этой категории: « Тринадцатое измерение Недотроганный »

Комментарии   

0 # Владимир Кучеренко 26.01.2019 04:15
Рассказ заставляет задуматься, а это уже неплохо. :roll:
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Николай Довгай 24.01.2019 10:09
Прочел с интересом. ;-)
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить